Когда речь заходит о производственном травматизме, большинство людей интуитивно считает наиболее опасными крупные заводы, шахты, металлургические комбинаты и добывающие предприятия. Такая логика выглядит вполне понятной. Чем больше производство, тем больше техники, оборудования, транспорта и потенциально опасных процессов. Однако статистика показывает гораздо более сложную картину. За привычным представлением о производственных рисках скрываются две разные реальности. Одна характерна для крупного бизнеса. Другая – для малых предприятий. И различия между ними оказываются намного глубже, чем может показаться на первый взгляд.
На фоне общего снижения производственного травматизма в Казахстане в 2025 году ситуация внутри разных категорий бизнеса развивалась в противоположных направлениях. На крупных и средних предприятиях число пострадавших сократилось с 2 100 до 1 941 человека. Это снижение на 159 случаев или на 7,6%. В то же время на малых предприятиях количество пострадавших выросло с 371 до 387 человек. В абсолютном выражении рост выглядит небольшим. Однако сама тенденция заслуживает внимания, поскольку происходит на фоне общего улучшения ситуации по стране.
Еще интереснее выглядит структура травматизма. На первый взгляд, основной риск по-прежнему сосредоточен в крупном бизнесе. Из 2 328 пострадавших в стране на крупные и средние предприятия приходится 1 941 человек. Это более четырех пятых всех зарегистрированных случаев. На малые предприятия приходится только 387 пострадавших. Но если посмотреть на смертельный травматизм, картина начинает выглядеть совсем иначе.
На малых предприятиях при 387 пострадавших зарегистрировано 67 погибших. На крупных и средних предприятиях при 1 941 пострадавшем погибло 117 человек. Разница выглядит особенно показательной, если сопоставить масштабы. Крупный бизнес имеет почти в пять раз больше пострадавших, но число погибших отличается менее чем в два раза. Получается парадоксальная ситуация. Малый бизнес формирует значительно меньшую долю общего травматизма, но смертельные последствия здесь возникают заметно чаще.
На этом месте возникает соблазн сделать простой вывод о том, что малые предприятия хуже соблюдают требования безопасности. Однако реальная ситуация выглядит сложнее. Дело не столько в дисциплине, сколько в устройстве самого бизнеса, его внутренних процессов.
Крупное предприятие обычно имеет полноценную систему управления безопасностью. Есть специалисты по охране труда. Есть внутренние проверки. Есть медицинские осмотры. Есть процедуры расследования инцидентов. Есть регулярное обучение персонала. Есть возможность инвестировать в модернизацию оборудования и средства индивидуальной защиты. Даже если нарушения происходят, сама система позволяет быстрее выявлять риски и устранять проблемы.
Кроме того, именно крупные предприятия чаще работают в полностью формализованной среде. Здесь ведется учет происшествий, фиксируются профессиональные заболевания, проводится мониторинг условий труда. Это не означает отсутствие рисков. Напротив, многие крупные производства остаются потенциально опасными. Но риск здесь чаще становится объектом постоянного управления.
Структура травматизма на крупных и средних предприятиях хорошо отражает эту специфику. На обрабатывающую промышленность приходится 37,1% всех пострадавших работников. Еще 18,9% приходится на горнодобывающий сектор. Здравоохранение и социальное обслуживание формируют 9,4%. Именно здесь концентрируются сложные технологические процессы, тяжелое оборудование и длительное воздействие производственных факторов.
Не менее показательно и другое обстоятельство. Из 408 официально зарегистрированных профессиональных заболеваний по стране на крупные и средние предприятия приходится 407 случаев. Фактически почти вся статистика профессиональной заболеваемости формируется именно здесь.
На первый взгляд это может выглядеть как признак более опасных условий труда. Но ситуация может объясняться и иначе. Крупный бизнес чаще проводит медицинские обследования работников, ведет более подробный учет и имеет ресурсы для выявления профессиональных заболеваний. Там, где диагностика работает лучше, заболеваний обычно фиксируется больше. Кроме того, в структуре крупных компаний сотрудники работают годами, что и позволяет отследить состояние работника в многолетней динамике.
Малый бизнес живет по другим правилам. Здесь структура рисков выглядит менее индустриальной и более повседневной. Производственный травматизм чаще связан не со сложными технологическими процессами, а с конкретными происшествиями. Падение с высоты. Погрузка и разгрузка товаров. Контакт с оборудованием. Движение транспорта. Работа на небольших объектах. Ошибка одного человека может сразу привести к тяжелым последствиям.
При этом возможности для управления рисками здесь значительно скромнее. У небольшого предприятия редко есть штат специалистов по охране труда. Не всегда есть ресурсы на регулярное обучение персонала. Средства индивидуальной защиты могут закупаться по остаточному принципу. Вопросы безопасности зачастую находятся в зоне ответственности владельца бизнеса, мастера или бригадира.
В результате формируется своеобразная экономика риска, которая отличается от той, что существует на крупных предприятиях. Если в большом бизнесе безопасность встроена в производственную систему, то в малом бизнесе она часто зависит от конкретных людей и их ежедневных решений.
Это не означает, что малый бизнес «опаснее» крупного, ведь по зарегистрированным данным, у малых предприятий общий масштаб травматизма в разы ниже. Но при этом, выше тяжесть последствий, если опасная ситуация на производстве все-таки произошла. Выше цена ошибки.
Отсюда возникает еще один важный вывод. Производственный травматизм на малых предприятиях нельзя рассматривать исключительно через призму контроля и наказания. Когда безопасность воспринимается только как набор проверок, штрафов и обязательных требований, часть рисков неизбежно уходит в тень. Для небольшого бизнеса вопрос безопасности зачастую упирается не в нежелание соблюдать правила, а в ограниченность ресурсов и доступных инструментов.
На этом фоне особенно заметным становится различие между двумя моделями производственного риска. В крупном бизнесе главную роль играют сложные производственные процессы, длительное воздействие вредных факторов и управление системными угрозами. В малом бизнесе риски чаще носят событийный характер и возникают в ежедневной операционной деятельности. Это две разные среды, которые требуют разных подходов к профилактике.
Для малого бизнеса нужна другая логика. Профилактика и охрана труда в маленьком цеху, мастерской или бригаде должны быть не усложнением требований и бюрократической нагрузкой, а доступной инфраструктурой безопасности, простой, понятной и применимой в реальной повседневной работе.
Статистика 2025 года показывает, что производственный травматизм в Казахстане нельзя рассматривать как единую проблему с одинаковыми причинами и одинаковыми решениями. За общими цифрами скрываются две разные экономики риска. Одна работает на крупных предприятиях с развитой системой контроля и управления безопасностью. Другая существует в малом бизнесе, где безопасность часто зависит от опыта конкретного человека и возможностей конкретного предприятия.
Именно поэтому одинаковые меры не всегда дают одинаковый результат. То, что работает на крупном металлургическом заводе, может оказаться бесполезным для небольшой строительной бригады или семейного производственного бизнеса. А значит, разговор о производственном травматизме постепенно выходит за рамки техники безопасности. Он становится разговором о том, насколько по-разному устроены сами условия работы в разных сегментах экономики, которые требуют разных подходов.
Пожалуй, главный парадокс заключается в том, что самые большие риски не всегда находятся там, где больше всего оборудования, работников и производственных мощностей. Иногда они возникают там, где ресурсов для управления этими рисками просто меньше.
Алена Романова, Национальное бюро экономических исследований, специально для www.economyKZ.org
