Каждый раз, когда на Ближнем Востоке начинается новый конфликт, мировые рынки первым делом смотрят на нефть. Сколько будет стоить баррель, насколько вырастет инфляция, придется ли центральным банкам снова откладывать снижение ставок. Однако свежий обзор Goldman Sachs показывает, что на этот раз первая реакция мировой экономики оказалась совсем другой — удар пришелся не по нефтяному рынку, а по ожиданиям бизнеса, инвесторов и аналитиков. Именно это становится самым интересным выводом майского обновления глобальных экономических индикаторов банка.
После начала войны вокруг Ирана статистика по крупнейшим экономикам мира стала все чаще выходить хуже прогнозов. Особенно заметно это произошло в Европе. Собственный индекс экономических сюрпризов MAP, который Goldman Sachs использует для оценки того, насколько фактические данные отличаются от ожиданий рынка, резко ушел вниз. Это означает, что инвесторы и аналитики продолжают ждать от экономики большего, чем она способна показать в реальности. Такая ситуация сама по себе не означает кризис. Но она часто становится первым предупреждением о том, что уверенность начинает исчезать раньше, чем ухудшаются основные макроэкономические показатели.
На первый взгляд мировая экономика выглядит достаточно устойчиво. Глобальный индикатор текущей активности CAI в апреле оценивает рост мировой экономики на уровне 2,8% в годовом выражении. Для развитых стран показатель составляет 2,2%, для развивающихся рынков — 3,8%. Это не цифры рецессии. Более того, многие экономики продолжают демонстрировать вполне уверенную динамику. США сохраняют темпы роста около 3%, Япония показывает 3,2%, а Индия остается главным источником оптимизма среди крупнейших стран мира с показателем 7,9%. Если смотреть только на эти данные, может показаться, что мировая экономика относительно спокойно проходит через очередной геополитический шок.
Но проблема заключается в том, что экономика редко меняется одновременно во всех сегментах. Обычно сначала меняются ожидания, затем финансовые условия, затем инвестиционная активность и только после этого начинают ухудшаться показатели производства, занятости и потребления. Именно поэтому Goldman Sachs уделяет столь большое внимание своим индексам сюрпризов. Они позволяют увидеть разворот настроений еще до того, как он становится очевидным в традиционной статистике.
Особенно показательной выглядит ситуация в Европе. Еврозона остается одним из самых слабых регионов среди крупнейших экономик мира. Индикатор текущей активности составляет всего 0,8%. Германия вообще показывает отрицательное значение на уровне минус 0,6%. Франция остается около 0,9%, а главным исключением внутри Европы выступает Испания, где показатель достигает 2,4%. Такая картина говорит о том, что европейская экономика продолжает двигаться вперед, но делает это заметно медленнее других крупных центров роста. Именно поэтому ухудшение ожиданий сильнее всего проявилось именно здесь. Когда экономика находится близко к стагнации, любое усиление неопределенности начинает ощущаться гораздо быстрее.
Не менее интересна ситуация в Китае. Формально китайская экономика сохраняет высокие темпы роста. Индикатор активности находится на уровне 4,3%. Однако внутри этих цифр уже заметны признаки ослабления. За последнюю неделю показатель снизился сразу на 2,3 процентного пункта. Для Goldman Sachs это одно из самых значительных ухудшений среди крупнейших экономик мира. Китай остается слишком важным элементом мировой системы, чтобы подобные изменения можно было игнорировать. Любое замедление второй экономики мира автоматически влияет на глобальные ожидания по торговле, промышленности и спросу на сырье.
Еще один важный сигнал содержится в динамике финансовых условий. За последнюю неделю глобальный индекс финансовых условий Goldman Sachs ухудшился примерно на 5,5 базисного пункта. Главной причиной стал рост долгосрочных процентных ставок. На первый взгляд цифра выглядит небольшой, однако ее значение выходит далеко за рамки недельной статистики. В последние годы инвесторы привыкли считать, что стоимость денег определяется исключительно решениями центральных банков. Однако сейчас рынки облигаций начинают самостоятельно ужесточать финансовые условия даже без новых повышений ставок. Доходности растут, стоимость капитала увеличивается, а финансирование для бизнеса становится дороже.
Именно здесь ожидания начинают превращаться в реальные экономические последствия. Когда инвесторы требуют более высокую премию за риск, стоимость заимствований увеличивается для компаний и государств. Когда растет неопределенность, бизнес становится осторожнее в инвестициях. Когда ухудшаются ожидания относительно будущего спроса, компании начинают пересматривать планы расширения. В результате экономика получает дополнительное давление еще до того, как происходят реальные изменения в торговле, производстве или потреблении.
Любопытно, что сам отчет Goldman Sachs практически не концентрируется на нефтяном рынке. Несмотря на очевидную связь конфликта вокруг Ирана с энергетическим сектором, основной акцент аналитики делают на показателях активности, финансовых условиях, инфляции и рынке труда. Такой подход позволяет увидеть более глубокий процесс. Геополитические кризисы редко воздействуют на экономику исключительно через сырье. Гораздо чаще они меняют восприятие будущего. Именно через ожидания политические риски начинают проникать в инвестиционные решения, стоимость капитала и деловую активность.
По этой причине сегодня главный вопрос заключается не в том, насколько подорожает нефть. Гораздо важнее понять, насколько быстро начнет снижаться уверенность бизнеса и инвесторов. Майский обзор Goldman Sachs показывает, что этот процесс уже начался. Пока мировая экономика продолжает расти. Пока США сохраняют устойчивость, а Индия остается одним из главных драйверов глобального спроса. Пока финансовая система не демонстрирует признаков стресса. Но статистика все чаще оказывается слабее ожиданий, а это обычно становится первым сигналом того, что экономика начинает смотреть в будущее с меньшим оптимизмом. И если конфликт вокруг Ирана уже изменил ожидания, то именно здесь, а не на нефтяном рынке, могут появиться первые долгосрочные последствия для мировой экономики.
Султан Валиханов, эксперт портала EconomyKZ.org
