Рост портфеля беззалоговых потребительских кредитов казахстанских банков составлял в среднем 32% в год в 2021-2024 годах. По итогам 2025 года темп упал до 14,6%, а за первое полугодие 2026-го — до 3,1%, минимума за последние шесть лет. Это не побочный эффект экономического спада, а результат трехлетней целенаправленной кампании регулятора против закредитованности населения, кульминацией которой стал пакет актов, одобренный 27 июля правлением Агентства по регулированию и развитию финансового рынка.
Новые акты вводят риск-ориентированный поведенческий надзор — модель регулирования, построенную на другом принципе, чем раньше. До этого регулятор проверял в основном формальное соблюдение банками требований законодательства. Теперь задача — предупредить вред потребителю до того, как он возник: банки, МФО, страховые организации и часть участников рынка ценных бумаг обязаны управлять финансовым продуктом на всем его жизненном цикле — от разработки и вывода на рынок до сопровождения и прекращения. Для этого вводятся обязательные процедуры определения целевой группы потребителей, оценки справедливой стоимости продукта, его тестирования перед запуском и постоянного мониторинга после — то есть банк обязан заранее доказать, что продукт подходит именно тем, кому его продают, а не просто соответствует букве закона.
Параллельно утверждены единые правила работы финансового омбудсмана — института внесудебного разрешения споров между потребителями и финансовыми организациями. Смысл в том, чтобы дать гражданину способ добиться решения без суда: правила закрепляют прозрачный порядок подачи и рассмотрения жалоб, единые сроки принятия решений и обязательность этих решений для банков, МФО и коллекторских агентств. Финансирование службы омбудсмана возложено на обязательные взносы самих финансовых организаций, а информация из обращений будет напрямую попадать регулятору — это превращает жалобы потребителей в источник данных для надзора, а не просто в канал разбора отдельных инцидентов. Правила вступают в силу с 1 января 2027 года.
Третий элемент пакета — расширение Единой цифровой платформы коллективного урегулирования задолженности Finkalisim.kz, которая работает с 1 июля 2026 года. Раньше механизм охватывал только долги перед банками и МФО, теперь — и задолженность, права на которую уступлены коллекторским агентствам. Цель — позволить заемщику урегулировать обязательства перед всеми кредиторами разом, по принципу единого окна, вместо отдельных переговоров с каждым из них. После введения моратория на переуступку проблемных долгов коллекторам число должников у коллекторских агентств уже упало на 61% — с 877 тысяч до 341 тысячи человек, потому что основная работа по урегулированию теперь остается на первоначальном кредиторе, а не передается дальше по цепочке.
Все три меры — надстройка над реформой, которая шла три года и объясняет, зачем регулятору вообще понадобился более жесткий надзор. Основа — два закона: о минимизации рисков при кредитовании (2024 год) и о развитии финансового рынка и защите прав потребителей (2025 год). Их задачей было не запретить кредитование, а сделать так, чтобы доступ к деньгам не подрывал платежеспособность заемщиков и не накапливал системный риск в банках.
Первым делом ограничили стоимость и параметры самого кредита. Предельная ставка по беззалоговым потребительским займам снижена с 56% до 46%, по обеспеченным — с 40% до 35%, чтобы ограничить именно полную стоимость кредита, а не только номинальную ставку вознаграждения. Максимальный размер беззалогового займа зафиксирован на уровне 9,5 миллиона тенге для банков и 4,8 миллиона для МФО, а срок такого кредита не может превышать пять лет — это закрывает практику, при которой банк искусственно растягивал срок, чтобы снизить ежемесячный платеж и сделать кредит формально доступнее, хотя итоговая переплата от этого только росла.
Вторым шагом стал запрет наращивать долг через новые займы вместо решения старых проблем. С 2025 года банкам нельзя выдавать новые потребительские кредиты гражданам с просрочкой больше 30 дней по банковским займам и одного дня по микрокредиту — раньше порог был 90 дней. Введен и запрет повторно кредитовать тех, кому в последние три года прощали долг или искусственно реструктурировали обязательства без реального восстановления платежеспособности. Смысл в том, чтобы финансовые трудности заемщика решались урегулированием текущего долга, а не выдачей нового — иначе кредит просто продлевает проблему, а не снимает ее. Для этой же цели впервые нормативно закреплена категория высокорисковых заемщиков — тех, у кого одновременно высокая долговая нагрузка, просрочка, короткая кредитная история или отсутствие подтвержденного дохода, — и к таким клиентам банки обязаны применять усиленную оценку платежеспособности.
Третье направление било не по заемщику, а по стимулам самого банка. Коэффициент риск-взвешивания по беззалоговым кредитам свыше 2 миллионов тенге сроком от трех до пяти лет вырос со 150% до 350% — банку теперь нужно резервировать значительно больше капитала под такой кредит, что напрямую снижает его экономическую привлекательность для банка и отбивает стимул агрессивно наращивать самый рискованный сегмент розницы. Вместе с этим введен ежемесячный мониторинг уровня дефолтов по новым выдачам — и он уже показал результат: средний уровень дефолтов у отдельных банков снизился с 5% до 2,5%. С 1 апреля 2026 года добавлен секторальный контрциклический буфер капитала в 2% от риск-взвешенных активов по кредитам населению — дополнительная подушка на случай, если розничное кредитование снова начнет расти слишком быстро. С 1 января 2027 года вступит показатель отношения совокупного долга заемщика к его годовому доходу, который должен не позволить нарастить долг сверх реальных финансовых возможностей человека еще на этапе принятия решения о кредите.
Четвертое направление — что делать, если долг уже стал проблемным. Раньше банк мог довольно быстро продать проблемный долг коллекторам и снять с себя ответственность за заемщика. Теперь введен мораторий на такую переуступку, продленный новым Законом о банках до 1 мая 2027 года: все это время именно первоначальный кредитор обязан использовать реструктуризацию, отсрочки и снижение долговой нагрузки, чтобы вернуть заемщика к платежеспособности, а не просто списать проблему на коллекторов. Изменилась и роль самих коллекторских агентств — теперь на них распространяются те же обязанности урегулировать долг, что и на банки, включая возможность частично или полностью простить задолженность. Результат уже виден в цифрах: только в 2025 году финансовые организации урегулировали задолженность на 814,3 миллиарда тенге, из которых 740,4 миллиарда пришлось на реструктуризацию и 73,8 миллиарда — на списание, а обязательства 142,5 тысячи социально уязвимых граждан были списаны полностью.
Завершает цепочку реформа института банкротства граждан — сокращены сроки внесудебного банкротства для отдельных категорий должников с длительной просрочкой, и в перспективе процедуры коллективного урегулирования и банкротства планируют объединить в единый цифровой процесс. Логика та же, что и во всем пакете: сначала дать заемщику все возможные инструменты вернуться к платежеспособности, и только если это объективно невозможно — перейти к банкротству как крайней мере, а не как к первому шагу.
