Рост цен на продовольствие в Казахстане часто воспринимается как следствие внутренних проблем — неэффективного распределения, спекуляций, сезонных факторов или «плохого урожая». Однако исследование Национального Банка Республики Казахстан показывает: в действительности ключевые импульсы продовольственной инфляции формируются за пределами страны, а внутренняя динамика цен во многом является отражением глобальных и внешнеторговых процессов.
Речь идет об аналитической работе «Влияние мировых и внешнеторговых цен на продовольственные товары на внутреннюю инфляцию Казахстана», подготовленной сотрудниками НБРК Канатом Кожамкуловым, Елдосом Дәулетханұлы и Саидой Агамбаевой. Авторы ставят перед собой прикладную задачу: определить, какие именно внешние ценовые факторы оказывают наибольшее влияние на продовольственную инфляцию и через какие каналы это влияние передается.
С самого начала исследование отказывается от упрощенного подхода. В нем четко разделяются три источника внешнего давления: мировые цены, экспортные цены Казахстана и импортные цены. Эти факторы часто смешиваются в публичной дискуссии, но, как показывает анализ, они воздействуют на внутренние цены по-разному и с разной силой.
Ключевая гипотеза исследования состоит в том, что импортные цены играют решающую роль в формировании продовольственной инфляции в Казахстане. Причина — структура внешней торговли и потребления, где доля импортных продуктов существенно выше, чем доля экспортных.
Авторы начинают с анализа внешнеторговых потоков. В 2022 году товарооборот Казахстана достиг рекордных 134,4 млрд долларов. Экспорт составил 84,4 млрд долларов, импорт — около 50 млрд. Однако продовольственные товары занимают в этой структуре весьма разное место.
В экспорте доля продовольствия остается крайне низкой — около 2,9%. Казахстан экспортирует ограниченный набор сельхозпродукции, преимущественно зерновые и продукты их переработки. При этом импорт продовольствия значительно выше — почти 10% общего объема импорта. Это означает, что внутренний рынок продуктов питания гораздо сильнее зависит от условий внешних закупок, чем от экспортной выручки.
Экспорт продовольствия отличается высокой концентрацией. Почти 40% приходится на хлебобулочные изделия и крупы, главным образом пшеничную муку. Еще одна важная позиция — подсолнечное масло. География экспорта узкая: ключевые рынки — Афганистан, Узбекистан и Россия. Такая структура делает экспорт чувствительным к локальным шокам спроса и логистики, но почти не формирует устойчивого предложения внутри страны.
Импорт, напротив, охватывает широкий спектр товарных групп: фрукты, овощи, сахар, кондитерские изделия, молочную продукцию, переработанные продукты. При этом география импорта крайне зависима от одного направления — России. На нее приходится около половины всех продовольственных поставок. Это означает, что цены в Казахстане зависят не только от глобальных рынков, но и от экономической ситуации, курсовой динамики и ценовой политики конкретной страны-партнера.
В публичной риторике часто используется термин «мировые цены». В исследовании он трактуется строго — как индекс продовольственных цен ФАО, отражающий глобальную динамику по ключевым группам товаров. Этот индекс действительно важен, но он не является прямым каналом передачи инфляции.
Причина проста. Казахстан не покупает продукты «по индексу ФАО». Он импортирует их по конкретным контрактам, в конкретных валютах и с учетом логистики, тарифов и торговых соглашений. Поэтому между мировыми и импортными ценами существует разрыв, который в разные периоды может либо усиливаться, либо сглаживаться.
Авторы подчеркивают: именно импортные цены являются непосредственным входом в потребительскую корзину. Мировые цены влияют на них опосредованно, а экспортные цены воздействуют на внутренний рынок через канал предложения, снижая или увеличивая доступный объем продукции.
Для количественной оценки используется структурная векторная авторегрессия (SVAR). Этот подход позволяет отследить динамику реакции продовольственной инфляции на внешние ценовые шоки с учетом временных лагов и взаимных зависимостей.
В модель включены:
- мировой индекс продовольственных цен ФАО,
- индекс импортных цен Казахстана,
- индекс экспортных цен,
- индекс потребительских цен на продовольственные товары.
Принципиальный момент — экзогенность мировых цен. Казахстан не оказывает влияния на глобальные рынки, поэтому мировые цены рассматриваются как внешний шок. Импортные и экспортные цены, в свою очередь, могут реагировать как на мировую конъюнктуру, так и на внутренние факторы.
Особое внимание в исследовании уделяется 2022 году. Этот период стал стресс-тестом для всей системы ценообразования. Резкий рост мировых цен, логистические сбои и изменение торговых потоков совпали по времени, усилив эффект друг друга.
Мировой индекс продовольственных цен ФАО достиг исторического пика в марте 2022 года. Особенно резкий рост наблюдался по растительным маслам, где индекс превышал 250% к базовому уровню. В долларовом выражении рост был значительным, а в тенге — еще более выраженным из-за курсовых колебаний.
Экспортные цены Казахстана росли быстрее, чем импортные, что стимулировало вывоз продукции за рубеж. Это сокращало предложение на внутреннем рынке и усиливало инфляционное давление. Импорт, напротив, реагировал с лагом, что приводило к временным дефицитам по отдельным товарным группам.
Отдельный раздел исследования посвящен роли валютного курса. Авторы показывают, что его влияние неоднородно. В периоды фиксированного или управляемого курса колебания внешних цен сильнее отражаются на импорте через административные механизмы. В условиях плавающего курса влияние смещается в сторону долларовой динамики цен.
В 2022 году рост внешнеторговых цен в тенге был обусловлен преимущественно глобальным ростом долларовых цен, а не ослаблением тенге. Более того, по ряду импортных товаров из России влияние курса было частично компенсировано укреплением рубля и снижением долларовых цен.
Результаты SVAR-модели дают четкую иерархию факторов.
Импортные цены оказывают наиболее сильное и устойчивое влияние на продовольственную инфляцию. Их шоки передаются во внутренние цены с лагом в несколько месяцев и сохраняются до года.
Мировые цены ФАО также значимы, но их влияние слабее и быстрее затухает. Экспортные цены воздействуют на инфляцию косвенно — через сокращение внутреннего предложения, особенно по экспортно-ориентированным товарам.
Наиболее чувствительными оказываются товарные группы с высокой долей импорта или экспорта: растительные масла, сахар, переработанные овощи и фрукты. По базовым продуктам, где уровень самообеспечения выше, эффект значительно слабее.
Продовольственная инфляция в Казахстане в значительной степени импортируется. Она формируется под воздействием внешних ценовых шоков, структуры торговли и валютного канала. Внутренние меры могут сгладить краткосрочные колебания, но не устраняют источник давления.
Исследование подводит к неудобному, но важному выводу: ценовая стабильность невозможна без структурных изменений. Без роста внутреннего производства, диверсификации импорта и снижения зависимости от отдельных торговых партнеров Казахстан будет и дальше сталкиваться с повторяющимися инфляционными волнами.
Для монетарной политики это означает необходимость учитывать внешний канал при оценке инфляционных рисков. Для экономической политики — что продовольственная безопасность и инфляция тесно связаны с торговой структурой, а не только с процентной ставкой.
Лина Егель кызы, эксперт портала EconomyKZ.org
