Когда говорят о производительности труда, обычно обсуждают инвестиции, технологии, модернизацию производств и квалификацию работников. Намного реже внимание привлекает фактор, который ежедневно влияет на экономику, но почти никогда не попадает в центр деловой повестки. Речь идет о производственном травматизме. Между тем именно здесь скрываются потери, которые напрямую отражаются на эффективности бизнеса, устойчивости производственных процессов и качестве экономического роста.
На первый взгляд ситуация выглядит позитивно. В 2025 году в Казахстане зарегистрировано 2 328 пострадавших в результате несчастных случаев, связанных с трудовой деятельностью, и профессиональных заболеваний. По сравнению с 2024 годом показатель снизился на 5,8%, когда было зафиксировано 2 471 пострадавших. Однако за этой динамикой скрывается гораздо более важная история. Производственная травма редко заканчивается на рабочем месте. Она превращается в экономические потери, которые несут предприятия, семьи и экономика в целом.
Каждый несчастный случай запускает длинную цепочку последствий. Из производственного процесса выпадает сотрудник. Предприятие теряет рабочее время. Возникают расходы на лечение, выплаты и поиск замены. Дополнительная нагрузка ложится на коллег. Снижается устойчивость производственного процесса. В отдельных случаях экономика теряет не только работника, но и опыт, знания и квалификацию, которые формировались годами. Именно поэтому производственный травматизм стоит рассматривать не только как вопрос безопасности труда. По сути это скрытый налог на производительность, который ежегодно платит вся экономика.
Масштаб проблемы хорошо виден через структуру травматизма. Производственные риски в Казахстане сосредоточены прежде всего в индустриальных регионах. В 2025 году больше всего пострадавших зарегистрировано в Восточно-Казахстанской области — 287 человек или 12,3% всех случаев по стране. Карагандинская область дала еще 277 пострадавших или 11,9%, область Улытау — 252 человека или 10,8%. Только эти три региона сформировали около 35% всех зарегистрированных случаев производственного травматизма. Фактически каждый третий пострадавший в стране приходится именно на эти территории.
Особенно показательно, что именно эти регионы остаются одними из наиболее индустриальных в стране. Статистика травматизма в этом случае становится своеобразной картой производственной экономики. Там, где концентрируются промышленность, добыча и тяжелое производство, концентрируются и основные производственные риски.
При этом региональная динамика оказалась неоднородной. Карагандинская область сократила число пострадавших с 401 до 277 человек, то есть сразу на 124 случая за один год. В области Улытау показатель снизился с 287 до 252 человек. В Павлодарской области количество пострадавших уменьшилось со 183 до 150 человек, а в Алматы — со 193 до 168 человек. Однако одновременно в ряде регионов ситуация ухудшилась. В Атырауской области число пострадавших выросло с 87 до 127 человек. В Восточно-Казахстанской области показатель увеличился с 253 до 287 человек. Рост также наблюдался в Мангистауской, Жетысуской и Актюбинской областях.
Не менее показательна отраслевая структура. Почти шесть из десяти случаев производственного травматизма в Казахстане приходятся всего на три сектора экономики. В обрабатывающей промышленности в 2025 году пострадали 796 человек или 34,2% всех пострадавших по стране. В горнодобывающей промышленности и разработке карьеров зарегистрировано 380 пострадавших или 16,3%. В строительстве — 198 человек или 8,5%. Вместе эти три отрасли формируют почти 59% всего производственного травматизма.
При этом внутри отраслей наблюдаются разные тенденции. Горнодобывающая промышленность показала заметное снижение числа пострадавших — с 480 до 380 человек. Это минус 100 случаев всего за один год. Сокращение произошло также в транспорте и складировании, здравоохранении и социальном обслуживании, энергетике и административном обслуживании. Однако строительный сектор продемонстрировал рост — со 185 до 198 пострадавших. В торговле и ремонте автомобилей число пострадавших выросло с 92 до 124 человек. Особенно показательно, что крупнейший источник производственного травматизма страны практически не изменился. В обрабатывающей промышленности было зарегистрировано 800 пострадавших в 2024 году и 796 в 2025 году.
Все это напрямую связано с производительностью труда. Когда травмы концентрируются в промышленности, строительстве и добыче, экономика теряет работников именно там, где создается значительная часть добавленной стоимости. Выпадает не отдельный сотрудник, а специалист, работающий на производственной линии, строительной площадке или промышленном объекте.
Отдельного внимания заслуживает ситуация на предприятиях разного масштаба. Несмотря на общее снижение травматизма, статистика показывает расхождение между крупным бизнесом и малыми предприятиями. На крупных и средних предприятиях число пострадавших снизилось с 2 100 до 1 941 человека. Это на 159 человек меньше, чем годом ранее. На малых предприятиях, наоборот, показатель вырос с 371 до 387 человек.
Еще интереснее выглядит структура смертельного травматизма. На малые предприятия приходится 387 пострадавших и 67 погибших. На крупные и средние предприятия — 1 941 пострадавший и 117 погибших. Иными словами, малый бизнес формирует значительно меньшую долю общего травматизма, но соотношение погибших к числу пострадавших здесь заметно выше. Причина не обязательно связана с худшим соблюдением правил безопасности. Скорее речь идет о различиях в ресурсах. У крупных предприятий есть службы охраны труда, внутренний контроль, обучение персонала, медицинские осмотры и процедуры расследования инцидентов. В малом бизнесе безопасность часто зависит от конкретного руководителя, мастера или бригадира.
Но главная проблема заключается не в самих происшествиях, а в их экономических последствиях. В 2025 году из-за производственных травм и профессиональных заболеваний Казахстан потерял около 106 тысяч рабочих человеко-дней. В пересчете на годовую занятость это эквивалентно потере труда примерно 430 работников на протяжении целого года. Стоимость выпавшего рабочего времени оценивается примерно в 2,3 миллиарда тенге. Еще 4,9 миллиарда тенге составили прямые материальные последствия производственного травматизма. В среднем на одного пострадавшего пришлось около 2,1 миллиона тенге выплат по больничным листам, единовременным пособиям и доплатам до прежнего заработка.
При этом даже эти цифры отражают лишь часть реальных потерь. Они не учитывают снижение производительности коллективов, потерю накопленного опыта, перестройку производственных процессов, дополнительную нагрузку на других сотрудников и влияние на устойчивость работы предприятий. Именно поэтому производственный травматизм все чаще рассматривается как полноценный экономический фактор, а не только как вопрос соблюдения техники безопасности.
В международной практике производственный травматизм также давно рассматривается как фактор экономических потерь, который влияет на производительность, здоровье работников и качество экономического роста. По оценке Международной организации труда, несчастные случаи на производстве и профессиональные заболевания ежегодно обходятся мировой экономике примерно в 4% глобального ВВП.
Есть и еще один эффект, который сложно измерить статистикой, но который постепенно становится все более заметным. Высокий уровень травматизма влияет на привлекательность профессий. Если отрасль ассоциируется с риском для жизни и здоровья, тяжелыми условиями труда и недостаточной защитой работников, она начинает проигрывать конкуренцию за кадры другим секторам экономики. Особенно чувствительно это для строительства, добычи, металлургии и промышленности, где уже наблюдается дефицит квалифицированных специалистов.
По этой причине разговор о безопасности труда давно вышел за пределы касок, инструктажей и проверок. Когда экономика ежегодно теряет более ста тысяч рабочих дней, миллиарды тенге и сотни человеко-лет труда, речь идет уже о качестве экономического роста. Самый дорогой ресурс любой экономики находится не в оборудовании и не в производственных зданиях. Он каждый день приходит на работу сам. И каждая производственная травма делает этот ресурс немного меньше. Поэтому безопасность труда должна стать ежедневной культурой, в которой участвует каждый. Экономика становится зрелой тогда, когда безопасность человека становится общей нормой поведения.
Алена Романова, Национальное бюро экономических исследований, специально для www.economyKZ.org
