Монголия — страна контрастов, где богатые природные ресурсы соседствуют с хрупкой экономикой и неравномерным развитием. На огромной территории в 1,5 миллиона квадратных километров проживает всего 3,5 млн человек, из которых почти половина сосредоточена в столице — Улан-Баторе.
Экономика страны, занимающая 126-е место в мире по размеру ВВП, демонстрирует умеренный, но неустойчивый рост — в 2024 году ВВП увеличился на 5,9%, главным образом благодаря резкому росту экспорта угля, меди и золота.
При этом структура экономики остается уязвимой, так 43% ВВП приходится на сферу услуг, 34% на промышленность и 13% на сельское хозяйство. Более 80% национального продукта создается частным сектором, где МСБ обеспечивают свыше 70% рабочих мест. Однако именно добывающая промышленность остается локомотивом, делая страну зависимой от внешнего спроса и колебаний мировых цен.
Экспорт Монголии на 84% ориентирован на Китай, который также обеспечивает треть импорта. Такая зависимость превращает монгольскую экономику в «заложницу» политической и логистической конъюнктуры Пекина. При этом инфраструктурные ограничения — слабое развитие железнодорожных путей, неэффективная энергетика и высокие транспортные издержки — сдерживают диверсификацию и рост.
Ситуацию усугубляют климатические риски, например зима 2024 года привела к гибели почти 7 миллионов голов скота, что спровоцировало рост цен на мясо и ухудшение положения кочевых хозяйств.
Важно отметить, что Монголия уже давно сталкивается с системной коррупцией и неэффективностью институтов. Символом этой болезни стало «угольное дело» 2022 года — масштабные хищения при экспорте угля в Китай на сумму около $13 млрд, что эквивалентно почти четверти ВВП страны. Скандал подорвал доверие общества к власти и усилил протестные настроения.
К этому добавляется тяжелая социально-экономическая ситуация. Инфляция в начале 2025 года приблизилась к 10%, цены на импортные товары выросли более чем на треть, а свыше 25% населения живет за чертой бедности. Юрточные районы Улан-Батора, лишенные канализации и стабильного отопления, стали наглядным символом неравенства между центром и периферией.
Несмотря на это, у Монголии сохраняется потенциал — расширение добычи на месторождении Оюу-Толгой, запуск уранового проекта Zuuvch Ovoo и развитие ВИЭ, потенциал которой оценивается в 2 600 ГВт, открывают перспективы для модернизации экономики.
Идея «Большой Центральной Азии»
Монголия сегодня находится в сложной геоэкономической и политической позиции, балансируя между влиянием Китай и Россия. В этих условиях традиционная политика «третьего соседа», ориентированная на Запад и Азиатско-Тихоокеанский регион, уже не в полной мере отвечает новым вызовам. Монголии необходимо расширять эту стратегию, включая в нее страны Центральной Азии как естественное направление диверсификации.
Взаимодействие с Казахстан и другими государствами региона пока остается ограниченным, но именно здесь заложен значительный потенциал. Казахстан, обладая развитой транспортной инфраструктурой и выходом к Каспийскому морю, может стать для Монголии альтернативным логистическим коридором в Европу, тогда как сама Монголия способна предложить ресурсный потенциал.
Соответственна идея «Большой Центральной Азии» с включением Монголии и Афганистана могло бы создать новый макрорегион, объединенный общими задачами развития инфраструктуры и промышленности, совместного решения климатических проблем, снижения зависимости от внешних центров силы и расширения рынков.
Для Монголии сотрудничество в рамках идеи «Большой Центральной Азии» дает возможность выйти из состояния «географической изоляции» и снизить зависимость от Пекина и Москвы, что может стать логичным продолжением политики «третьего соседа».
Рекомендации по возможному сотрудничеству в рамках «Большой Центральной Азии»:
- Формирование евразийских логистических коридоров, где Монголия и Казахстан становятся связующими узлами между Восточной Азией, Каспийским регионом и Европой;
- Сырьевая кооперация и промышленная переработка. Сегодня Монголия остается в основном экспортером сырья, тогда как Казахстан и другие страны Центральной Азии уже проходят этап частичной индустриализации. Совместные индустриальные зоны или перерабатывающие кластеры могли бы позволить Монголии не только экспортировать руду и уголь, но и участвовать в цепочках добавленной стоимости (особенно в части производства катодной меди);
- Совместные программы по климатической адаптации сельского хозяйства. Монголия и страны Центральной Азии сталкиваются с засухами, деградацией пастбищ и экстремальными зимами. Например, можно развивать совместные проекты по мониторингу пастбищ, спутниковому климатическому анализу, водному управлению и др.;
- Возрождение и развитие советского проекта «Энергокольцо Центральной Азии», куда в перспективе можно включить и Монголию для совместного развития АЭС и ВИЭ.
Ерлан Каримов, независимый эксперт, специально для www.economyKZ.org
