Индекс экономической сложности (ECI) — это показатель, разработанный Лабораторией роста Гарвардского университета, который измеряет не просто объем экспорта страны, а степень сложности производимых товаров. Он отражает, насколько развито в стране производство знаний и технологий, необходимых для создания конкурентоспособной продукции.
В отличие от ВВП, который говорит о том, сколько страна производит, ECI показывает, насколько разнообразны и технологически сложны её товары. А значит, он является индикатором промышленной зрелости и потенциального роста.
По данным за 2023 год, Казахстан опустился в рейтинге ECI на 89-е место с показателем -0,44. Годом ранее страна находилась на 84-й позиции (-0,38), а в 2021 году — на 80-м месте (-0,39). Несмотря на общий прогресс за десятилетие (подъём на 19 позиций), за последний год динамика вновь стала отрицательной.
Среди ближайших соседей Казахстан уступает не только более индустриализированным странам, но и тем, кто быстро догоняет. Так, Узбекистан занимает 70-е место с результатом -0,23, а Кыргызстан — 58-е место и положительным значением 0,09. Для сравнения: Казахстан оказался между Чили (-0,44) и Грузией (-0,5).
Почему это важно? Потому что снижение означает не просто ухудшение показателя, а отставание от стран, которые переходят к более сложным формам производства и диверсификации.
Данные говорят сами за себя: Узбекистан за год поднялся на 13 позиций, Кыргызстан — на 8. Это не случайность, а отражение структурных изменений в их экономике. Они расширяют набор экспортируемых товаров и включают более технологически сложную продукцию.
Узбекистан добавил 68 новых продуктов на сумму $2,14 млрд, что составляет 8% от его экспорта. Кыргызстан — 24 продукта на $240 млн, или 6% экспорта. Казахстан, в свою очередь, смог добавить только 18 новых товаров, общий объём которых — $1,23 млрд, что составляет всего 1% экспорта.
Новый продукт — это не просто товар, который ранее не экспортировался. По определению Лаборатории роста, он должен обладать высокой сложностью (более 1,0) и не экспортироваться страной в течение последних 15 лет.
Таким образом, новые продукты — это маркер технологического развития и способности создавать что-то принципиально новое. Казахстан здесь проигрывает: доля новых товаров минимальна, а структура экспорта остаётся сырьевой и низкотехнологичной.
ECI напрямую зависит от того, насколько страна способна накапливать и применять знания. Это не только про образование, но и про институциональную среду: есть ли спрос на сложные решения, поддержка инноваций, прозрачность бизнес-климата.
Узбекистан, несмотря на меньшую ресурсную базу, показывает, что институциональные реформы могут компенсировать стартовые ограничения. Кыргызстан, с ограниченными ресурсами, демонстрирует эффект от перехода к новым формам кооперации и промышленной специализации.
Высокий ВВП может быть результатом экспорта сырья. Но без диверсификации и наращивания сложности страна становится уязвимой. ECI показывает не сегодняшнюю выручку, а завтрашние возможности.
В этом контексте падение Казахстана в рейтинге — тревожный сигнал. Оно означает, что страна теряет не просто позиции в таблице, а часть своего будущего.
Что делать: стратегии роста производственной сложности для Казахстана
- Разнообразить экспорт — инвестировать в переработку, высокотехнологичные отрасли, агроиндустрию с добавленной стоимостью.
- Стимулировать НИОКР — ввести налоговые льготы и программы субсидирования инновационных предприятий.
- Поддерживать экспортёров новых товаров — с акцентом на рынки сбыта и логистику.
- Развивать человеческий капитал — особенно в инженерных и прикладных науках.
- Укреплять институты — упростить регулирование, снизить коррупционные риски и обеспечить предсказуемость правил игры.
Индекс экономической сложности — это зеркало, в котором отражается наше производственное завтра. Сегодня Казахстан смотрит в прошлое, полагаясь на сырьевую модель. Но если страна хочет занять достойное место в глобальной экономике, ей предстоит научиться создавать, а не только добывать.