Почему фарма не получает господдержку: анализ контрактов

В Казахстане сформирована масштабная система мер господдержки — 117 инструментов, которые должны усиливать частный сектор, снижать риски инвесторов и ускорять создание новых производств. Но внутри этой системы нет ни одного инструмента, относящегося к фарминдустрии. Производители лекарств и медицинских изделий вкладывают собственные средства, строят заводы, модернизируют мощности — но государство не гарантирует рынок сбыта. Анализ трех ключевых видов контрактов — долгосрочного договора поставки, оффтейк-контракта и инвестиционного соглашения — показывает: в здравоохранении действует лишь «номинальный» договор поставки, лишенный стимулов и гарантий, что делает риски отрасли системными.

Долгосрочные договоры в фарме не являются инструментом поддержки. Они не содержат гарантий выкупа, не дают преференций и не обеспечивают защиту инвестора. Поэтому отрасль целиком оказалась вне перечня господдержки.

Обновленный перечень из 117 мер господдержки, утвержденный 20 июня, охватывает десятки направлений экономики — от промышленности и транспорта до инноваций и цифровизации. Но в этом массиве отсутствуют любые меры, направленные на поддержку производства лекарственных средств и медицинских изделий.

Для отрасли, которая на протяжении нескольких лет активно инвестирует в создание заводов и локализацию производства, это решение стало сигналом: государство не относит фарминдустрию к приоритетным секторам промышленной политики.

Чтобы понять, почему так произошло, необходимо сравнить три вида договоров:

• долгосрочный договор поставки в сфере здравоохранения,
• оффтейк-контракт по закону «О промышленной политике»,
• инвестиционный контракт по Предпринимательскому кодексу.

Экспресс-анализ показывает, что долгосрочный договор в фарме — это не инструмент поддержки. Это просто договор поставки, который перекладывает ответственность на бизнес и не создает для него экономической стабильности.

Сегодня действует 90 таких договоров:
40 — на лекарственные средства,
50 — на медицинские изделия.
Ни один из них не предусматривает гарантийного объема закупа.

Долгосрочный договор поставки: почему он не дает бизнесу никаких гарантий. Долгосрочный договор, предусмотренный Кодексом «О здоровье народа и системе здравоохранения», выглядит как инструмент поддержки: он связывает поставщика и Единого дистрибьютора, содержит обязательства по созданию или модернизации производства, требует соблюдения графиков. Но ключевой элемент отсутствует — обратные обязательства государства.

Что должен сделать производитель по договору

• построить новое производство или модернизировать действующее;
• вложить инвестиции и завершить проект в течение 2 лет;
• передать акт ввода объекта или отчет о модернизации;
• обеспечивать ежеквартальную и полугодовую отчетность;
• допускать Единого дистрибьютора к проверкам на любой стадии проекта.

То есть поставщик выполняет все функции инвестора, несет финансовые и операционные риски и подтверждает их документально.

Что государство НЕ обязано делать

• не гарантирует закуп,
• не гарантирует приемку,
• не фиксирует минимальный объем выкупа,
• не предусматривает ни одной меры стимулирования,
• не компенсирует риски инвестора,
• не несет ответственности при отказе от закупа.

Почему договор не является мерой господдержки. Потому что он полностью исключает стимулы и гарантии. Именно поэтому он не попал в перечень мер господдержки из 117 пунктов — по своей правовой природе он не подпадает под критерии поддержки.

Фактически производитель оказывается в ситуации: «Ты построи завод, а дальше — посмотрим».

Офтейк-контракт: классический промышленный инструмент, которого нет в фарме. В отличие от долгосрочного договора, оффтейк-контракт является реальным механизмом поддержки. Он подробно описан в Законе «О промышленной политике» и широко применяется в промышленности.

Что включает оффтейк-контракт

1. Финансовую устойчивость.
   Офтейк-контракт может использоваться как залог в банках второго уровня и Банке Развития Казахстана.
   То есть сам договор — полноценный актив.
2. Гарантированный выкуп.
   • 100% продукции — в первый год,
   • не менее 50% — в последующие годы.

1. Ответственность заказчика.
   Если заказчик не выкупает товар по своей вине — платит неустойку.
2. Четкая конфигурация продукции.
   Указываются:

1. • технические характеристики,
   • физико-химические свойства,
   • объемы на весь срок договора,
   • требования по внутристрановой ценности,
   • программа повышения локализации.

Это полноценный промышленный инструмент, который снижает риски бизнеса и поддерживает стратегические отрасли.

Что важно: фарма не имеет доступа к оффтейк-контрактам.Хотя долгосрочный договор должен был включать элементы оффтейка, на деле этого нет.

Инвестиционный контракт: налоговые льготы, гранты, таможенные послабления

Инвестиционный контракт предусматривает:

• освобождение от таможенных пошлин,
• налоговые преференции,
• государственные натурные гранты,
• поддержку крупных инвестпроектов,
• защиту инвестора через механизм преференций.

Этот инструмент является классическим для промышленности. Он обеспечивает предсказуемость инвестиций и снижает финансовую нагрузку.

Но в долгосрочном договоре нет ничего из перечисленного. Хотя по логике здравоохранения долгосрочный договор должен был стать гибридом — офтейк + инвестиционные преференции, — он не включает ни одного стимулятора.

Почему долгосрочный договор — это «обычный договор поставки»

Анализ показал:

• он не содержит мер поддержки,
• не защищает инвестора,
• не гарантирует спрос,
• не стимулирует локализацию,
• не снижает риски,
• не позволяет использовать договор как залог,
• не оформляет отношения как часть индустриальной политики.

Именно поэтому договор не признан государственной мерой поддержки, а отрасль не включена в перечень.

Государство разработало договор, который должен был:

• стимулировать локализацию,
• обеспечивать гарантии выкупа,
• снижать риски инвестора,
• ускорять создание производств.

Но фактически он стал обычным контрактом без обязательств со стороны государства.

Почему это опасно для отрасли

1. Производители инвестируют собственные средства.
   Миллиарды тенге вложены в новые заводы без гарантий сбыта.
2. Нагрузка на бизнес растет.
   Поставщик обязан соблюдать жесткие сроки и вносить отчеты, но не получает гарантий закупа.
3. Государство получает контроль без обязательств.
   Проверки возможны в любой момент.
4. Рынок становится крайне рискованным.
   Окупаемость проектов зависит не от стабильного рынка, а от решений закупочной системы.
5. Локализация тормозится.
   Без долгосрочных обязательств никто не будет инвестировать в глубину переработки, субстанции и НИОКР.

Экспресс-анализ показывает: регулятор создал иллюзию поддержки.
Договор назван «долгосрочным», содержит элементы инвестиционного проекта, но не дает ни одного стимула, предусмотренного оффтейком или инвестиционным контрактом.

В результате казахстанские производители:

• вложили значительные средства в новые производства,
• создали мощности,
• модернизировали оборудование,
• но не получили гарантированного доступа на рынок.

Таким образом, разработанный договор стал механизмом, который:

• не поддерживает отрасль,
• не снижает риски,
• не обеспечивает предсказуемость,
• не дает возможности для планирования инвестиций.

А главное — позволил государственному органу формально заявить о долгосрочной работе с отечественными производителями, но без фактической помощи бизнесу.