Качество государственного планирования напрямую определяет качество государственного управления. Если система ориентирована преимущественно на процессы, мероприятия и ввод объектов, то и вся вертикаль начинает работать в логике освоения ресурсов и исполнения показателей. Если же в центре планирования находится человек, то государственная политика начинает оцениваться через качество жизни, устойчивость территорий и удержание населения.
И здесь возникает главный парадокс. О человекоцентричности и управлении по результатам мы говорим уже много лет. Эти принципы закреплены как в самой архитектуре Системы государственного планирования, так и в ключевых стратегических документах государства. Однако на практике система так и не совершила полноценный переход от управления мероприятиями к управлению конечным результатом.
Сегодня система безупречно фиксирует акты приемки новых объектов, амбулаторий, школ, дорог и инженерной инфраструктуры, пока регионы продолжают пустеть. Мы построили идеальную «бумажную крепость» из планов, концепций, нацпроектов и других документов, где каждый кирпич учтен в отчете, но забыли самое важное. Захочет ли в этих стенах жить человек?
Старая модель «администрирования бетона» больше не работает. Именно поэтому сегодня назрела необходимость реформы Системы государственного планирования. Речь идет уже не о бюрократической корректировке методик, а о вопросе долгосрочной устойчивости страны. Государство должно научиться управлять общественной ценностью и создавать условия для жизни людей, особенно молодежи. Иначе существует риск остаться лидером по количеству стратегических документов в регионах, из которых продолжают уезжать люди.
При этом нельзя сказать, что изменений не произошло.
Регионами была проведена колоссальная работа по разработке планов развития на 2026–2030 годы. Выстроена сквозная вертикаль планирования от ключевых национальных индикаторов Национального плана развития до конкретных региональных показателей, мероприятий, инвестиционных проектов и карт приоритетных зон. Но именно эта глубина декомпозиции показала главный внутренний конфликт СГП.
Сегодня СГП методологически построена таким образом, что главным объектом управления становятся мероприятия и процессы, а не конечный общественный результат. Иными словами, система очень хорошо умеет отвечать на вопрос «что построено?», но значительно хуже на вопрос «что изменилось для человека?».
Проблема не в некомпетентности исполнителей на местах, а в самой «архитектуре смыслов» СГП. Создана система, где процесс подменил результат. Методология требует от акиматов безупречного исполнения мероприятий и достижения индикаторов, но практически не оценивает, становится ли территория более привлекательной для жизни людей.
Действующая архитектура СГП фактически формирует вертикаль исполнения мероприятий.
На уровне Национального плана развития закладываются стратегические цели — человеческий капитал, качество жизни, благополучие населения. Далее через декомпозицию эти цели трансформируются в задачи, показатели, мероприятия и инвестиционные проекты. Но по мере движения вниз система постепенно теряет исходный смысл. В конечной точке управления главным результатом становится ввод объекта, освоение бюджета и достижение индикатора.
Возникает своеобразный методологический «эффект матрешки»: чем ниже уровень управления, тем меньше в системе остается самого человека. В результате ценность человеческого развития постепенно подменяется ценностью подписанного акта выполненных работ.
Это особенно заметно в действующей системе мониторинга, который оценивает степень исполнения мероприятий, сроки реализации проектов и освоение средств. Система практически не требует оценки долгосрочного эффекта для территории и населения.
На практике это выглядит следующим образом: поставлена задача построить амбулатории — объекты построены, отчет принят, показатель достигнут. Но система не задает главный вопрос: улучшилось ли качество жизни людей и захотят ли они остаться жить на этой территории через 10 лет.
Возьмем пример района Аксуат области Абай. В рамках Национального проекта «Модернизация сельского здравоохранения» в районе активно реализуются инфраструктурные проекты. С точки зрения СГП это успешное исполнение плана. Однако одновременно в 2025 году из района уехали 928 человек, а коэффициент рождаемости снизился с 17,33 до 15,9. То есть система продолжает инвестировать в инфраструктуру на фоне сокращения населения.
Область Абай лишь один из множества примеров, где формализм побеждает стратегию. СГП страдает от «инфраструктурного фетишизма». Система инвестирует в физические активы на территориях, которые стремительно теряют своего главного субъекта. Мы планируем «объекты», но не планируем «удержание человека». Между построенной амбулаторией и решением гражданина остаться в селе отсутствует методологическая связь.
В этой связи следующим этапом реформирования СГП должен стать переход от управления мероприятиями к управлению общественной ценностью. Речь идет не об отказе от инфраструктурных проектов, а о смене методологической логики системы. Инфраструктура должна рассматриваться не как самоцель, а как инструмент достижения устойчивого социального эффекта.
Это потребует изменения самой философии планирования. Ключевыми индикаторами должны становиться не только объемы строительства и количество объектов, а показатели, отражающие реальное состояние территорий: миграционное сальдо, доступность услуг, качество человеческого капитала, покупательная способность населения, демографическая устойчивость и уровень удовлетворенности жизнью.
Казахстан подошел к точке, когда дальнейшее усложнение системы документов уже не дает автоматического улучшения качества управления. Можно продолжать углублять декомпозицию, наращивать количество индикаторов и совершенствовать отчетность. Но без перехода к реальному управлению результатом страна рискует получить идеально администрируемую систему для территорий, которые постепенно пустеют.
Пора проводить не только инвентаризацию объектов и мероприятий, но и инвентаризацию смыслов всей системы государственного планирования. Потому что в конечном итоге выигрывает не тот, у кого больше документов и отчетов, а тот, кто способен удержать человека и создать условия для будущего.
Баян Абдрахманова, Национальное бюро экономических исследований, специально для www.economyKZ.org
