EC[ON]OMY

Как избежать ошибок антимонопольной практики Казахстана

В начале 2010-х годов, проводя системное исследование антимонопольной практики в России, я выявил целый пласт дел, абсурдность которых указывала на глубокие проблемы в работе регулятора. Самой известной из этих историй, настоящим мемом, стало «дело о батутах».

Речь о ситуации, когда Федеральная антимонопольная служба (ФАС) обвинила в картельном сговоре двух предпринимателей из Горно-Алтайска. Их «преступление» состояло в том, что цена на детские прыжки у них была одинаковой — факт, который любой первокурсник-экономист объяснил бы действием «закона одной цены» для идентичных услуг на конкурентном рынке. Это было настолько абсурдно, что сама предпринимательница в интервью недоумевала: «Блин, есть же достаточно организаций, можно было бы ФАС заняться серьезными делами, а не нами, батутчиками».

Отдельно взятые кейсы, даже такие яркие, могут быть манипулятивны. Поэтому моя стратегия заключалась в создании двух «конвейеров»: «конвейера историй», который показывал человеческое измерение проблемы и ее детали, и, что более важно, «конвейера статистики», который доказывал, что это системный тренд. Эта работа, преданная широкой огласке, стала катализатором общественной кампании, которая в итоге привела к прямым поправкам в законодательство и введению частичного «иммунитета» для малого бизнеса.

Изучая практику Агентства по защите и развитию конкуренции РК (АЗРК), я поймал себя на мысли о дежавю. Я решил провести количественный экспресс-анализ, чтобы проверить, не наступает ли казахстанский регулятор на те же грабли.

Методология была проста: я проанализировал все новостные заметки с сайта АЗРК с начала 2024 года, где сообщалось о доказанном антимонопольном нарушении. Затем по БИН компаний-нарушителей я нашел в базе Комитета государственных доходов данные об уплаченных ими налогах — это хороший косвенный показатель размера бизнеса.

Результаты оказались весьма красноречивыми.

Средняя сумма уплаченных налогов компаниями из выборки составила внушительные 5,8 млрд тенге. На первый взгляд, кажется, что АЗРК действительно фокусируется на крупных игроках. Но, как известно, дьявол в деталях, а в статистике — в медиане.

Медианное значение налогов оказалось на уровне 163 млн тенге.

Колоссальная разница между средним и медианным значением (в 35 раз!) говорит о системной диспропорции: на одно дело против гиганта, которое «улучшает» среднюю статистику, приходится множество расследований в отношении компаний среднего калибра. Половина «клиентов» АЗРК из этой выборки — это бизнес с налоговыми отчислениями менее 163 млн тенге.

Более того, нужно сделать две важные оговорки. Во-первых, это лишь предварительные цифры, показывающие потенциал для глубокого исследования. Во-вторых, сама выборка из пресс-релизов почти наверняка смещена в сторону более крупных и громких дел, ведь именно такими делами ведомства обычно и делятся со СМИ в первую очередь. Реальная картина, скорее всего, демонстрирует еще больший крен в сторону МСБ.

Этот феномен не уникален. Мои предыдущие полномасштабные исследования это подтверждают: в России, по данным моего «Бюллетеня антимонопольной статистики», в конце десятых годов 56% судебных споров с ФАС приходилось на малый и средний бизнес. В Украине эта цифра была еще более шокирующей — более 83% дел затрагивали микро- и малый бизнес. Это системная ловушка для регуляторов на постсоветском пространстве: стимулы толкают их в пользу валовых показателей («палочная система»).

К сожалению, провести полноценный, всесторонний анализ в Казахстане сегодня затруднительно. В отличие от пресс-релизов, единой открытой базы всех решений АЗРК, где можно было бы изучить детали каждого дела, не существует. Не существует, в отличие от России, и способа однозначно через базу данных установить выручку каждого участника дела. Такая закрытость ограничивает возможность общественной дискуссии.

Важно понять мой тезис правильно: речь не о том, что МСБ не нарушает закон. Но это повод для серьезной дискуссии о приоритетах. Каждый час, потраченный на расследование против условного «владельца батута», — это час, не потраченный на стратегическую работу, которая определяет будущее страны, скажем, на реализацию недавнего указа о мерах по либерализации экономики.

Возможно, Казахстану стоит учесть опыт соседей, чтобы не повторять их ошибок. Внедрение риск-ориентированного подхода, где приоритет отдается делам с максимальным экономическим эффектом, и повышение прозрачности данных позволили бы АЗРК стать не просто надзорным органом, а героями из учебников будущих экономических историков — из главы о том, как в Казахстане была построена по-настоящему конкурентная рыночная экономика.

Вадим Новиков, советник президента AlmaU, Assistant Professor, специально для www.economyKZ.org

Прокрутить вверх